Видит Ромул, что стал он богам бессмертным любезен,
Царственный трон и земля — всё ему уж готово достаться.
[В третьей книге рассказывается о войнах с Пирром {Пирр, царь Эпира, ведший свой род от Ахиллеса (Эакид), пошёл на помощь городу Таренту, но после ряда побед был разбит римлянами.}, в уста которого вкладываются следующие слова, по выражению Цицерона, «истинно царские и достойные потомка Эакидов» («Об обязанностях», 1, 12, 38). Римляне предложили разменяться пленными или получить за них выкуп. Пирр с достоинством отвечает: ]
Злата не требую я, и выкупа мне не давайте:
Мы не торгуем, войну мы ведём, и жребий о жизни
Нам подобает железом решать, а не златом презренным.
Вас ли владыка-Судьба, меня ль пожелает возвысить.
Храбростью нашей решим. Теперь моё слово послушай:
Ваших героев, кого и счастье войны пощадило,
Должно и мне пощадить — я решил даровать им свободу: