-- "Теперь онъ чувствуетъ, что царскій

санъ виситъ на немъ, какъ панцирь великана,

надѣтый карликомъ".

Макбетъ.

I.

Заступникъ.

Въ самомъ центрѣ Сити, но отдѣленная отъ торговаго шума и суеты кольцомъ лавокъ и подъ сѣнью закопченой классической церкви, находится -- или, вѣрнѣе сказать, находилась, такъ какъ ее недавно перевели большая школа св. Петра.

Входя въ массивныя старыя ворота, къ которымъ съ двухъ сторонъ тѣснятся лавки, вы попадали въ атмосферу схоластической тишины, царствующей въ большинствѣ училищъ во время классовъ, когда съ трудомъ вѣрится,-- до того безмолвіе велико,-- что внутри зданія собрано нѣсколько сотъ мальчиковъ.

Даже поднимаясь по лѣстницѣ, ведущей въ школу и проходя мимо классовъ, вы могли слышать только слабое жужжаніе, долетавшее до васъ сквозь многочисленныя двери,-- пока наконецъ швейцаръ въ красной ливреѣ не выйдетъ изъ своей коморки и не позвонитъ въ большой колоколъ, возвѣщавшій, что дневной трудъ оконченъ.

Тогда нервные люди, случайно попавшіе въ длинный темный корридоръ, по обѣимъ сторонамъ котораго шли классы, испытывали очень непріятное ощущеніе: имъ казалось, что какой-то разнузданный демонъ вырвался внезапно на волю. Взрыву обыкновенно предшествовалъ глухой ропотъ и шелестъ, длившійся нѣсколько минутъ послѣ того, какъ замолкнетъ звукъ колокола,-- затѣмъ дверь за дверью раскрывались и толпы мальчишекъ съ дикими и радостными воплями вылетали изъ классовъ и опрометью бѣжали по лѣстницѣ.