Уже 5 дней, как мы извещены, что 2-я бригада должна соединиться с 1-ю в лагерях у Мельницы, а потому мы более не принимаем участия в прикрытии траншей. Это серьезный отдых для всех офицеров и солдат, так как мы проводим все ночи под палатками, и только днем заняты перевозкой снарядов из Камыша к нашим батареям, которые снабжаются ими с таким расчётом, чтобы быть в состоянии в продолжении трех дней выпускать 70 000 выстрелов в сутки. Так как известно, что русские возвратят нам, по меньшей мере, выстрел за выстрел, то выходит музыка в 140–150 тысяч высоких нот в день! при аккомпанементе пальбы из ружей, мы будем исполнять самые разнообразные танцы! С таким снаряжением нашей артиллерии спешат, так как главнокомандующий не желает быть застигнутым врасплох, зная, что русские вчера получили сильные подкрепления и значительный обоз пищевых запасов и вооружения.
У нас новый начальник дивизии генерал Майран, заменивший принца, возвратившегося во Францию, и мы довольны такой заменой, надеясь, что наш новый командир, заставит возвратить своей дивизии награды, которые умышленно раздавались ей скудо, когда она была под начальством принца.
Наш славный полковой командир плох, раны его раскрылись, так как он слишком поспешил выйти из Константинопольского госпиталя, чтоб догнать свой полк. Теперь, когда он будет представляться не принцем, то мы все ожидаем, что он скоро будет назначен бригадным.
Несколько дней тому назад прибыл инженерный генерал Ниель, который, изучив с большим тщанием обложение Севастопольских укреплений и окрестности этого города, объявил, что взятие 4-го бастиона (du Mât) и 3-го (Grand Redan) не сделает нас обладателями города, что все работы, стоившие нам такого труда были, если не бесполезны, то по меньшей мере только побочными и что, по его мнению, главный пункт, который сделает нас хозяевами крепости, — Малахов курган. Он подверг критике военного совета новый план атаки и привел такие прекрасные данные, что все члены этого совета признали необходимость изменения первого плана, сообразно указаниям нового.
Впрочем, нельзя обвинять генерала Бизо в недостатке верного взгляда при составлении им первого плана. Малахов курган в то время не был тем, что он представляет теперь. Простая каменная башня, сначала не имевшая вида серьезной защиты, если б и была взята нами на первых порах, всё-таки не дала бы возможности господствовать над Севастопольскими укреплениями. Но с тех пор, генерал Тотлебен заставил произвести в ней большие работы, утроившие её значение. Кроме того, когда мы начали осадные работы, никто не предполагал необходимости правильной осады и думали, что город сдастся после первой бомбардировки в продолжении нескольких дней, если не нескольких часов, и с этой целью были очень удачно устроены наши батареи.
Исполнение нового плана вызвало другую организацию союзной армии. Приказ генерала Канробера следующим образом определяет ее.
Французская армия, считающая в действительности настоящую наличность в 70–80 тысяч человек разделена на три корпуса.
I-й корпус под начальством генерала Пелисье состоит из 4-х дивизий:
1-я генерала Форе — 5-й батальон егерей, 19, 26, 39 и 74-й пехотные полки.
2-я генерал Левальян — 9-й егерский, 21, 42, 46 и 80-й пехотные полки.