Полковник поручил по моем приезде устроить труппу актеров.
У меня есть около двадцати актеров исполнителей, и так как у нас нет печатных пьес, то действующие лица совместно и на память разучивают несколько водевилей, шедших в Пале-Рояле. Вскоре начнутся представления.
Берега Днепра изобилуют всевозможными породами водяной птицы: утками, чирками, гусями, лебедями и проч. и, несмотря на мои многочисленные занятия, я даю им ожесточенные битвы. Так как невозможно подойти к ним близко, то я в конце полуострова устроил шалаш и хорошо закутанный в свой астраханский полушубок и баранью шубу, с терпением выжидаю приближение дичи к себе на выстрел. Результатов моей охоты хватило бы на несколько кухонь, если б я мог собирать всех убиваемых мною птиц, но их много падает в реку или в море, где они и пропадают.
Бью также род чаек, называемых серые рыболовы, мясо которых лучше чем обыкновенной чайки и их можно при необходимости употреблять в пищу. Не обхожу даже и ворон, которые наш повар приготовляет под соусом, и заставляет находить их вкусными. За неимением выбора, по случаю отсутствия мяса, мы не в праве быть разборчивыми.
В трех или четырех километрах от наших линий, нет недостатка в рябчиках и зайцах, но я остерегаюсь удаляться, потому что глупо рисковать попасться в руки казацкого отряда.
Сначала люди ловили прекрасную рыбу на линии, но и этот источник прекратился вследствие больших морозов. И забыл сказать вам, что полковник предоставил мне лошадь, назначавшуюся старшему адъютанту 3-го батальона, отлучившемуся ненадолго, взамен той, которая была у меня при Трактире. Я не потерял от такой замены, потому что новая лошадь оказалась прекрасной арабской породы и я почти каждый день езжу на ней в свое удовольствие.
Не беспокойтесь обо мне, я очень занят или службой, или удовольствиями, и мне не будет скучно; впрочем, вы знаете, что я никогда не скучаю.
Офицеры, взятые в плен 3 ноября, были обменены. Три моряка возвратились недавно на свое судно. Наши прибудут также вскоре.
74
Кинбурн 4 января (23 декабря) 1856 г.