Кружится, вертится Ганс на снегу,
Весь посинел и согнулся в дугу…
Сергей засмеялся:
— Откуда ты знаешь, что Ганс? А если Карл?
Подбежал Хоменко:
— Фриц, товарищ капитан, не иначе, как Фриц. И в газете напечатано…
— Пускай Фриц… Главное — в дугу.
Сергей больше не слушал слов, а мелодия была грустная, как будто вертится карусель, а за пологом дождя мелькают мутные огни… Где это было? В Париже, с Мадо. Какая длинная жизнь позади, клятвы, ошибки, любовь, туман! Кружится, вертится… Сергею было беспричинно грустно; он обрадовался, когда Зонин его окликнул:
— Идем работать.