— Где ты была, Мадо?
(Ему хотелось спросить, почему она ушла от мужа, но он боялся выговорить слово «Берти» — вдруг она знает про некролог?..)
— В мак и. А до мак и здесь, в подполье…
— Почему же ты не пришла сюда?
— Не могла. Я воевала…
Лансье про себя улыбнулся: теперь все говорят, что они «воевали». Ну какой же солдат Мадо!.. Наверно, влюбилась в какого-нибудь террориста, писала его портреты… Он ласково поглядел на нее, и вдруг ему стало не по себе. Не Мадо это, ее подменили… Какие у нее строгие глаза! И сумасшедшие… Это характер Марселины. Но Марселина вложила себя в любовь, ушла от отца ко мне. А Мадо ушла от мужа в мак и …
— Что значит «воевала», Мадо? Ведь не стреляла же ты в людей…
Она печально улыбнулась.
— Я делала то, что все.
Он понял, что ничего больше от нее не добьется, робко спросил: