Ну, теперь можно итти спать. Кидаюсь под одеяло. Холодно. Сплю. И вновь — неистовый грохот, голоса, погреб и то же общество. Только веселый солдат и хозяйка, полуодетые, растерянно переглядываются, да аббат не успел напялить рясу и покрылся белым одеялом, будто саваном. Бух! Бух! Хмурый солдат размышляет:
— Очень близко. На прошлой неделе, в Аррасе, снаряд в дом попал — одиннадцать раненых, четыре убито…
— О!.. И все это за 85 сантимов, — стонет комми.
— Смерть — великое таинство, — вдруг торжественно заявляет аббат.
— Только… Если б на полчаса позже, — ухмыляется солдат веселый.
Как согреться? Хочется спать. Вода, крысы. Все равно — иду наверх. Хозяйка цепляется за мой пиджак, кричит:
— Ради Бога, monsieur! Пожалейте меня. Наверху вас убьют. С меня возьмут 500 франков штрафа. Мой муж на фронте, я бедная женщина… Не обижайте меня.
— Купите фонарик, — пристает ко мне комми. — Для вас, только для вас: 2 франка. Ведь здесь это необходимая вещь.
— Отстаньте!
Я ухожу.