И тихо:
— Оно, конечно, можно с запасных, да только… Идем в сторожку, вот что… Повожусь недолго. Поспеешь.
Быстро, на ходу, заледеневшей большущей рукавицей — за пазуху. Она — визжит.
В углу под граммофоном — трубу мазурики стянули, теперь Шаляпину не петь — рабочий нараспев читает газету — «Гудок»:
— «И прочие, но мы не поддадимся…»
От себя:
— Вот это правильно загнул. Не под-да-димся! На-ка, выкусь!
Закачался. Залаял. Кровавый сгусток выплюнул, и грустно на пол сел.
Посадка!
Снова прибой. Поль-Луи далеко. Снег. Шпалы. Пусто. Вдруг окрик: