26 июля. Кофе больше нет. Водки нет. Пудинга нет. Боже, дай мне немного оптимизма! Настоящее русское село. В домах книги: политика, технические вопросы. Удивительные у этих людей интересы!
2 августа. Не дурное ли это предзнаменование — сегодня утром я напустил в штаны?
17 августа. „Организуем“. Огурцы, морковка, малина. Живем, как в санатории.
20 августа. Я стал министром продовольствия..
23 августа. Как хорошо было бы сейчас оказаться где-нибудь в Италии! А Мук меня разочаровала.
26 августа. Американцы, и томми пытались высадиться во Франции. Неужели война еще продлится годы? Тогда мне придется все заводить заново. А денег у меня недостаточно. Тоскую об Инге. Питание все еще хорошее. Творог с сахаром. Очень вкусно. Но часто страдаю поносом…»
На этом дневник обрывается. Увидев разведчиков, изысканный фриц завизжал. Он забыл про свою миссию «сверхчеловека» и послушно поднял руки. Хорош скорпион! Ведь скорпион, окруженный врагами, убивает себя, а фриц теперь с восторгом жрет щи в плену.
Хорош «сверхчеловек»! Что его занимает? Шесть жен, карты, еда и деньги. Когда кончится война? Для него это связано не с тревогой за судьбу родины, не с гибелью людей, но с его убытками. Товарищей он не любит, как они не любят его: вместе грабят, но врозь ищут спасения.
Изысканный фриц на самом деле грубое животное. Он искренно удивлен, увидев книги в русских крестьянских домах. Он думал, что читает только он. В дневнике мы не находим никаких указаний на книги, которые читает Гейнц Герлоф. Но легко догадаться о вкусах этого фрица: он должен обожать романы из жизни берлинского света, где на каждую кошку пять котов, а на каждого кота десять кошек.
Чистокровный ариец труслив. Конечно, перед Ритой или Мук он «идет напролом». Но, услышав несколько выстрелов, он сразу «трезвеет» и вопит: «Хочу в Германию». Он и молится со страха. Наконец вот оно высшее проявление мощного германского духа — тридцатидвухлетний детина напустил в штаны. Причем он впадает в мистицизм, он спрашивает себя: что значит это предзнаменование? Наверно, увидав русского разведчика, он в ужасе подумал: вот что означали мокрые штаны!