- А, подлый жид! Так-то! Ну, погоди! Ты поплатишься мне!.. - завопила она бешено. - Поплатишься своей поганой шкурой!
Представь, Фриц, старуха до того остервенилась, что даже и ружье мое не испугало ее...
Три раза кидалась она, как безумная, на меня с вилами; но я отпарировал все ее удары, все до одного. Уроки сержанта пригодились...
Две овцы прошмыгнули у меня между ног и убежали в поле, а все остальные были захвачены прибежавшими товарищами...
Старух они прогнали шашками и прикладами...
Всю реквизицию собрали, наконец, на главной улице: вся она была наполнена забранными козами, баранами и коровами.
Когда пришло время двигаться назад, добычу нашу распределили на три отдела: быки и коровы поставлены были в авангард; в центре шли овцы и бараны, а арьергард составляли свиньи.
В таком-то порядке мы вышли из Бараков в обратный путь.
Крестьяне долго следовали за нами, проклиная нас, показывая кулаки и кидая в нас камнями.
Монборн смеялся и говорил нам: