Это был наш сержант.
- Ну что? - сказал он, подходя. - Как дело, много пригнали?..
- Много-то много... - отвечал я, - но если бы вы видели отчаяние этих несчастных крестьян... их слезы...
- Видали мы эти виды... - перебил он, - не раз видали. Сначала-то оно... действительно... оно коробит несколько... ну а потом обойдешься... попривыкнешь. Да иначе-то нельзя... никак невозможно. Коли нам не делать реквизиций, так самим придется помирать с голоду. Крестьяне все плуты: ежели у них не отобрать вперед силой, так продавать потом, бестии, неприятелям станут. Этого, дядя, в военное время не можно, да и не должно допускать... не в порядке вещей.
Разговаривая таким манером, мы дошли до дому. На дворе уже стемнело.
- Кто там, ты, Моисей?.. - спросила изнутри Сарра.
- Мы, - отвечал я ей.
- Наконец-то, - проговорила она, отпирая дверь, - а я тебя заждалась...
- Поздравьте мужа-то... - крикнул ей сержант, - теперь он настоящий воин: порохового дыма, положим, еще не нюхал, а уж зато штыком действовал...
- Неужели, - сказала Сарра. - Ну, слава Богу, что остался цел...