- Послушай, Жозеф, я хотел, чтобы ты поспал спокойно последнюю ночь, и ничего тебе не говорил - вчера вечером приходил бригадир и принес походный лист для тебя. Ты должен отправляться с итальянцами и пятью-шестью новобранцами в Майнц.
У меня задрожали поджилки, и я должен был сесть. Старик вынул походный лист и прочел его. Там так и говорилось, что "Жозеф Берта причислен к шестому полку и должен явиться в Майнц 29 января".
После минуты молчания дядюшка Гульден добавил:
- Итальянцы отправляются сегодня, около одиннадцати часов.
- Так, значит, я больше не увижу Катрин? - словно очнувшись от ужасного сна, вскричал я.
- Нет, увидишь! - отвечал старик дрожащим голосом. - Я известил тетю Гредель и Катрин, и они обе придут сюда попрощаться.
Видя, как он взволнован, я едва удержался, чтобы не разрыдаться.
- Тебе не о чем беспокоиться, - добавил дядюшка Мельхиор, - я все приготовил в дорогу. Ты был мне вместо сына, Жозеф. Я думал, что скоро мы заживем все вместе, с Катрин. Но Бог рассудил иначе...
Уткнув лицо в его колени, я тихо всхлипывал. Старик вынул из шкафа кожаный солдатский ранец и положил его на стол.
- Там все, что надо: две рубашки, два фланелевых жилета и прочее. Я заказал для тебя пару сапог, потому что нет ничего хуже интендантской обуви. A у тебя ноги и так не очень-то здоровые.