Я подумал, что завтра, быть может, меня похоронят вместе с другими в этом саду и я больше не увижу Катрин. Слезы побежали у меня из глаз, и я не удержался, чтобы не сказать:
- Теперь уже все кончено!
Сержант взглянул на меня и спросил:
- Что с тобой?
- Пуля в плече.
- Лучше в плече, чем в ногах, - отвечал он и затем более мягким голосом добавил: - Не бойся, ты еще повидаешь родину.
Я подумал, что ему жаль моей молодости, и он хочет меня утешить.
Сержант ничего больше не сказал. Время от времени он с усилием поворачивал голову, чтобы взглянуть, подходят ли наши колонны. Он выбранился несколько раз и упал навзничь.
- Моя песенка спета, - пробормотал он. - Но зато и этому долговязому негодяю тоже досталось.
Он с ненавистью поглядел на валявшегося неподалеку прусского гренадера. У того в животе торчал штык.