- Кто там? - спросил он тщедушным голосом.
- Господин доктор, пойдемте скорей к мастеру Захарию: он очень болен.
- Э! - проговорил Газельносс, - я только оденусь, и явлюсь.
Окно снова закрылось. Я прождал еще добрых четверть часа, смотря на пустынную улицу, прислушиваясь к скрипу флюгеров на ржавых стрелках и к отдалённому лаю на луну хуторской собаки. Наконец, послышались шаги, и кто-то медленно, медленно спустился с лестницы. В замок ввели ключ, и Газельносс, закутанный в большую серую пелерину, с маленьким фонарем в виде подсвечника в руке, появился на пороге.
- Брр! - произнес он, - какой холод! Хорошо что я закутался.
- Да, - отвечал я, - вот уж двадцать минут, как я дрожу от холода.
- Я торопился, чтобы не заставлять тебя ждать.
Минуту спустя мы входили в комнату моего дяди.
- Э! добрый вечер, мастер Захарий, - преспокойно сказал докторь Газельносс, задувая свой фонарь, - как вы поживаете? Оказывается, у нас маленький насморк.
Заслышав этот голос, дядя Захарий, казалось проснулся.