- Если вы меня заставите вернуть эту кошку, - сказал Газельносс, - я предоставлю вас вашей печальной судьбе: у вас больше не будет ни минуты спокойствия, вы не сможете написать ни одной ноты и вы будете худеть с каждым днем.
- Но, ради самого неба! - продолжал мой дядя. - Что вам сделало бедное животное?
- Что оно мне сделало, - ответил доктор, черты лица которого перекривились, - что оно мне сделало!.. Знайте, что мы воюем от начала веков! Знайте, что в этой кошке вмещается квинтэссенция чертополоха, задушившего меня, когда я был фиалкой, остролиста, застившего мне, когда я был кустом, щуки, съевшей меня, когда я был карпом, и ястреба, сожравшего меня, когда я был мышью!
Я подумал, что Газельносс сходит с ума; но дядя Захарий, закрыв глаза, отвечал после долгого молчания:
- Я вас понимаю, доктор Газельносс, я вас понимаю... может быть, вы и правы!.. Вылечите меня, и я отдам вам свою кошку.
Глаза доктора заблестели.
- В добрый час! - воскликнул он. - Теперь я вас вылечу.
Он вынул из своей сумки перочинный нож и, взяв с очага кусочек дерева, ловко разбил его. Мы с дядей наблюдали за доктором. Разбив свою деревяшку, он начал ее выдалбливать; потом он оторвал от своего бумажника маленький,тоненький ремешок пергамента, и, прикрепив его между обеими деревянными дощечками, он, улыбаясь, поднес его к губам.
Лицо моего дяди расцвело.
- Доктор Газельносс, - воскликнул он, - вы - редкостный человек, вы - поистине необыкновенный человек...