- Если вы сделаете один шаг, - сказал я ему, дотрагиваясь рукой до эфеса шпаги, - я вас убью, как собаку!.. Вы негодяй... Вы убили Дютертра... Я находился в амфитеатре, я все слышал... Не отпирайтесь! Ваше поведение по отношению к этой женщине - гнусно... Французскому офицеру спуститься на такую ступень позора!... Слушайте: я должен бы вас предать правосудию... но ваше бесчестье отразилось бы на всех нас... Если у вас осталось немного сердца... убейте себя!.. Я даю вам времени до завтра. Завтра, в семь часов, если я застану вас живым, я сам отведу вас к коменданту.
Сказав все это, я ушел, не дожидаясь ответа, и побежал, чтобы отдать часовому приказание ни в каком случае не выпускать лейтенанта Кастаньяка из госпиталя; привратнику я велел быть особенно бдительным, сказав, что на его ответственность падёт все то, что может произойти в случае его небрежности или послабления. Потом я преспокойно направился в наш пaнcион, как если бы ничего не произошло. Я был даже веселее, чем обыкновенно, и продлил свой обед за восемь часов.
С тех пор как у меня было вещественное доказательство преступления Кастаньяка, я чувствовал себя безжалостным. Раймонд взывал к мести.
После обеда я отправился к одному торговцу камедью; там я купил насмоленный факел, в том роде, какие носят наши спаги[3] при ночных шествиях; затем, вернувшись в госпиталь, я прямо спустился в амфитеатр, тщательно заперев дверь на два поворота.
Голос муэдзина объявил тогда десятый час, мечети были пусты, ночь - глубока.
Я уселся у окна вдыхать теплые порывы ветерка, отдаваясь грезам, бывшим мне столь дорогими когда-то. Сколько страданий, сколько беспокойств испытал я в эти две недели: во всем моем прошлом существовании не было ничего им подобного; мне казалось, что я ускользнул из костей духа мрака и наслаждаюсь вновь полученной свободой.
Так проходило время; дозор уже дважды сменил часовых, как вдруг быстрые крадущиеся шаги послышались по лестнице. Сухой удар раздался у двери.
Я не ответил.
Чья-то дрожащая рука стала искать ключа.
"Это Кастаньяк", - сказал я себе в волнении.