-- О, нет, а вон тот, что так весело глядит на нас двумя боковыми своими окнами.
-- Что ж вы находите в нем особенного? -- спросил Сталин, смотря на меня с заметным беспокойством.-- Дом как дом, есть тысячи гораздо лучше.
-- По форме так, -- продолжал я лукаво, -- а уж, верно, не по содержанию.
-- Жаль, что содержание его мне неизвестно, -- отвечал Сталин, все не сводя с меня глаз.
-- И я жалею об этом, потому что вы тогда имели бы предмет для созерцания гораздо интереснее, чем город, лес и заречье.
-- Вы, верно, знакомы с жильцами этого дома? -- спросил Сталин после некоторого промежутка молчания.
-- И очень. Если угодно, я отсюда познакомлю вас с ним, а коли хотите, так, пожалуй, и оттуда, -- отвечал я, показывая вниз.
-- Благодарю вас. У меня и старых знакомств так много, что я едва успеваю поддержать их... А впрочем, не мешает знать --чей это дом?
-- Дом этот, изволите видеть, одного почтенного старика Ивана Васильевича Горина, или лучше одной прехорошенькой девицы Ольги Николаевны Тиховой, которая приходится Горину ни более ни менее как родная племянница. Неужели вам никогда не случалось встречать ее? Кажется, вы любитель всего прекрасного.
-- Может быть, и встречал, но, право, не помню,-- отвечал Сталин, жестоко муча свою шляпу.