Воскресенье был базарный день в большом селе, верстах в семнадцати от Гарденина. Дорога к Рукодееву лежала как раз через это село. Не доезжая до него версты три, Николай нагнал едущего верхом гарденинского мужика Андрона, среднего из трех сыновей сельского старосты.
Лошадям нужно было дать немного отдохнуть, и их пустили шагом. Андрон ехал сзади, около самого тарантасика.
— Аль на базар, Андрон? — спросил Николай, закуривая папиросу и вручая такую же Федотке.
— Да вот батюшка наказывал три косы купить. Покос подходит.
— А!.. А я вот, Андрон, к Косьме Васильичу Рукодееву в гости еду. Знаешь?
— Чтой-то не слыхал.
— Ну, вот!.. Богач, потомственный почетный гражданин, сколько орденов имеет. В гости к себе приглашал.
Андрон ничего не сказал и только стегнул кобылу.
— Как думаешь, сколько теперь часов? — спросил Николай и с важностью вынул свою луковицу и поднес ее к самым глазам, чтобы Андрон видел. Но Андрон опять ничего не сказал. — У вас где покос-то нынче? — спросил Николай, осторожно впихивая часы в несколько тесный для них жилетный карман.
— Известно где — у вас. Тоже сказывали — воля, а заместо того всё на господ хрип гнем.