В середине ХVIII в. молодого Лабарра отправляют на казнь за то, что он изрубил крест
Другой, некто Калас, несправедливо обвинявшийся в убийстве своего сына за то, что тот был убежденным католиком, был приговорен к смерти судьями, ослепленными клерикализмом. Вольтер заклеймил эти жестокости и добился восстановления доброго имени Каласа.
На всем юге потомки жертв отмены Нантского эдикта тайно проклинали католическую церковь.
Но протесты и отпадения умножались даже среди правоверных.
В середине ХVII века в недрах католицизма, особенно среди буржуазии, появились искренно верующие, называвшиеся янсенистами(по имени фламандского священника Янсениуса), которые, оставаясь верными церкви, допускали догмат кальвинистов о предопределении. В XVII и ХVIII веках церковь преследовала их, как еретиков; из ссылки и из тюрем, доставшихся на долю лучшим из них, янсенисты отвечали памфлетами, направленными против иезуитов. Провинциалы Паскаля (1657) положили начало вражде, которая длилась в течение всего ХVIII века и закончилась изгнанием ордена иезуитов (1763); трибуналом судей янсенистов он был признан угрожающим государственной безопасности.
Писатели, книги которых церковь приказывала жечь — и охотно она сожгла бы и их самих, если бы имела возможность, — стали ненавидеть ее, как врага всякой свободной мысли; мы увидим далее борьбу Вольтера с церковью.
Сами крестьяне ненавидели аббатов и наглых прелатов с разнузданными нравами, с миллионным состоянием, которые отнимали у них лучшие плоды их трудов, под видом десятины и барщины, и владели массою земли; даже сельские священники начали волноваться, требуя улучшения своего быта.
Вера ослабевала.
Готовилась революция; трон и алтарь поддерживали друг друга в течение веков; буря, готовившаяся смести один, и могла пощадить другого. Распадаясь, королевская власть должна была, по крайней мере временно, увлечь за собою церковь, которая в течении 18 веков, несмотря на нравственное величие некоторых из ее членов, не переставала удаляться от заповедей того, кто ее основал.