-- Хорошо, Діонизія, я вижу, что для насъ единственный исходъ это поговорить съ кормилицей, живущей около Рикосы -- Жоанной Каррера... Я устрою это.
На прощанье онъ остановилъ ее еще и спросилъ, посмѣиваясь:
-- А признайтесь, тетушка, это, навѣрно, выдумки насчетъ фабрикантши ангеловъ?
Діонизія возмутилась. Она знала эту женщину уже восемь лѣтъ и видалась съ нею еще на прошлой недѣлѣ.
-- Вы, кажется, знаете Баррозу, падре? Это въ самомъ началѣ деревни, у обвалившейся ограды. Дорога спускается мимо оврага.. Въ глубинѣ его вы увидите старый колодезь, а сзади маленькій домикъ съ крыльцомъ. Тамъ она и живетъ. Ее зовутъ Карлота. Я хочу только доказать вамъ, что дѣйствительно знаю ее.
Священникъ пробылъ дома нѣсколько часовъ, шагая взадъ и впередъ по комнатѣ и осыпая полъ окурками. Ему предстояло рѣшить трудную задачу -- устроить судьбу ребенка. Онъ сознавалъ, что отдача младенца въ деревню на воспитаніе была связана съ большими неудобствами. Мать, конечно, захотѣла-бы навѣщать его постоянно, кормилица разболтала-бы всю исторію сосѣдямъ, и вся деревня узнала-бы, что отецъ ребенка -- священникъ. Какой-нибудь завистникъ могъ донести на него по начальству. Вышелъ бы скандалъ, и его либо лишили-бы сана, либо сослали-бы въ глухую деревню, какъ отца Брито. Самое лучшее для всѣхъ, если-бы ребенокъ родился мертвымъ.
Но раздумывать было некогда, и отецъ Амаро отправился въ Пояишъ переговорить съ кормилицею Жоанною Каррера.
Когда онъ доѣхалъ до моста, ему пришла вдругъ мысль заглянуть къ фабрикантшѣ просто такъ изъ любопытства... Онъ могъ даже не разговаривать съ нею, а только посмотрѣть, какъ выглядитъ женщина, гдѣ она живетъ и т. д. Кромѣ того, какъ священнику -- представителю духовной власти -- ему слѣдовало знать поближе этотъ видъ организованнаго грѣха, дерзко свившаго себѣ гнѣздо въ нѣсколькихъ шагахъ отъ большой дороги. Можно было даже донести о немъ главному викарію или правителю канцеляріи губернатора.
Доѣхавъ верхомъ до оврага, о которомъ говорила ему Діонизія, онъ соскочилъ съ лошади и повелъ ее за узду. Вечеръ стоялъ превосходный; высоко въ ясной лазури кружилась плавно какая-то большая птица.
Онъ нашелъ среди каштановыхъ деревьевъ старый колодецъ и за нимъ, въ сторонкѣ, домикъ съ крыльцомъ; изъ трубы поднималась къ ясному небу тонкая струя дыму.