-- Я всем сердцем сочувствую Полботинку и с болью думаю о его несчастной судьбе, -- сказал Муфта. -- Шутка ли... скитаться одному-одинешеньку по белу свету, делить грусть с маленькой игрушечной мышкой...
-- Я говорю о кашле Полботинка, -- строго заметил Моховая Борода.
-- Ну и кашель, конечно, -- кивнул Муфта. -- Сперва одиночество, а потом кашель. Но несмотря на это, в объезд проехать нет никакой возможности, машина нигде не пройдет.
-- Так поворачивай назад, -- не мог успокоиться Моховая Борода.
Муфта глянул в зеркальце:
-- И сзади дорога забита, посмотри сам.
Моховая Борода вздохнул, отошел от кастрюли и залез на сиденье рядом с Муфтой. Теперь и он наконец увидел эту необычную уличную пробку.
Насколько хватало глаз, улица была плотно забита машинами. Машина за машиной. Машина рядом с машиной. Машина, сцепившись с машиной. И все молочные цистерны да рыбные фургоны. Молоковоз за молоковозом. Рыбовоз рядом с рыбовозом. Молоковоз зацепился за рыбовоз. Молоковоз и рыбовоз, рыбовоз и молоковоз. Молоко и рыба, молоко и рыба, рыба и молоко... Машины впереди и машины сзади. Полнейший затор.
-- Что значит этот тарарам? -- в недоумении воскликнул Полботинка.
Муфта пожал плечами.