— Даже кошка пила — мудрейшая из мудрых среди зверей — и прямо в глаза сказала, что квас хорош! — настаивал воробей.
— Кошке ты не очень-то верь, она для того хвалила, чтобы заговорить тебя и съесть, когда ты ей в подходящую минуту подвернёшься! — сказала лошадь и, снова сунув морду в воду, сделала большой глоток.
— Но тебе, видно, тоже нравится! — воскликнул воробей.
— Да, мне нравится: это чуточку посытнее пойла, которое мне дают и которое называется болтушкой, — ответила лошадь и затем, как все, тоже отправилась своей дорогой.
А сам воробей пил свой квас целое лето и лишь осенью, когда погода стала дождливой и жажда его больше не мучила, подумал:
«Похоже, и вправду жидковат получился… Ишь ты, уже водой отдаёт. На тот год нужно два ячменных зёрнышка принести».
Так он и сделал: на следующий год в самом деле принёс два ячменных зёрнышка.