Солнце уже низко спустилось и почти соединилось с краем земли, когда старший сын нагнал лося. Он выстрелил и, видимо, попал прямо в сердце. Лось упал как подкошенный на землю.
Пока старший сын снимал шкуру с лося и резал на куски его мясо, уже совсем стемнело. Стал он готовиться к ночлегу.
Только поставил чум и собрался есть сваренное мясо, как перед ним откуда ни возьмись появилась старуха. Была она страшная: седые волосы свисали прядями на ее почерневшее и сморщенное лицо, из рта торчали четыре гнилых зуба, грязная и старая одежда висела на костлявом теле.
- Ну-у! Как я рада, сынок, что вижу тебя! Вот хорошо-то, такого большого лося убил! Я, видимо, поспела как раз вовремя. Свеженького мяса поедим. Разреши мне переночевать у твоего костра и накорми меня!
- Что ж, еды много, и места хватит у костра,-сказал старший сын.
- Как я рада, сынок, слышать такие слова! И вот поели и стали укладываться спать.
- Любимый сынок, пожалей меня, - просит старуха, - дай мне свою постель. А то, если я лягу на мерзлую землю, окоченею и умру.
Парень бросил ей постель.
- Вместо подушки дай мне хоть свое ружье,-опять просит старуха.
И ружье отдал ей старший сын старика. Кругом тихо. Только слышит парень какой-то звук, будто железо о железо скрипит.