Ее королевское высочество послала адъютанта, попросила их обоих к столу и познакомилась. Она протанцевала с ними вальс, сперва за кавалера с Розалиндой, а потом за даму с шевалье де Мопеном. Она громко смеялась, когда после в менуэте мальчик Теофиля Готье кокетливо склонялся перед юной мечтой Шекспира.
Ее королевское высочество сама превосходно танцевала, была первой в теннисе и на катке, - она с удовольствием танцевала бы с ними всю ночь напролет. Но другие тоже настаивали на своем праве. Де Мопен и Розалинда переходили из одних объятий в другие: их то обнимали крепкие руки мужчины, то они чувствовали высоко вздымающуюся грудь прекрасной женщины.
Советник юстиции Гонтрам смотрел равнодушно; пунш, который он собирался варить, интересовал его значительно больше, чем успех сына. Он начал было рассказывать княгине Волконской длинную историю о каком-то фальшивомонетчике, но ее сиятельство не слушала. Она разделяла удовлетворение и радостную гордость тайного советника тен-Бринкена, чувствуя себя до некоторой степени участницей создания Альрауне, своей крестницы. Только маленький Манассе был настроен мрачно, ругался и все время ворчал.
"Зачем ты так много танцуешь?- обратился он к Вольфу.-Ты должен больше думать о своих легких". Но молодой Гонтрам не слушал его.
Графиня Ольга вскочила и бросилась к Альрауне. "Прекрасный кавалер..."-шепнула она, а шевалье ответил: "Пойдем со мною, милая Тоска". Он завертел ее быстрее и быстрее, она едва переводила дыхание. Потом привел ее обратно к столу и поцеловал прямо в губы.
Фрида Гонтрам танцевала со своим братом и долго смотрела на него своими умными, проницательными глазами. "Жаль, что ты мой брат",- сказала она.
Он не понял. "Почему?" - спросил он.
Она засмеялась: "Ах, глупый мальчик. Хотя, впрочем, ты прав, спросив "почему". Ведь, в сущности, никаких препятствии не существует, не правда ли? Все только потому, что на нас тяготеют, точно свинцовые гири, моральные предрассудки нашего нелепого воспоминания- ведь правда, дорогой братец?"
Но Вольф Гонтрам не понял ни слова. Она остановилась со смехом и взяла за руку Альрауне тен-Бринкен. "Мой брат - более красивая девушка, нежели ты,- сказала она, - но ты зато более прелестный мальчик".
-- А тебе,- рассмеялась Альрауне,- тебе, белокурая монашка, больше нравится прелестный мальчик?