-- Мне бы очень хотелось приобрести ее для музея,- заметил доктор. - Сколько бы вы за нее взяли?
-- Для нюрнбергского музея всего пять тысяч марок,- ответил профессор. - Вы знаете, что для германских учреждений я назначаю особые цены. На будущей неделе ко мне приезжают
два англичанина, с них я потребую не менее восьми тысяч,- они, конечно, не упустят удобного случая.
-- Но, ваше превосходительство,- возразил ученый,-пять тысяч марок! Вы знаете, что я не могу заплатить такой суммы. Это превосходит мои полномочия.
Тайный советник сказал: "Мне очень жаль, но я не могу взять меньше".
Ученый еще раз повертел редкую находку: "Изумительный слезник. Я прямо влюблен в него. Три тысячи я охотно бы за него дал".
Тайный советник ответил: "Нет! нет, ни гроша меньше пяти тысяч! Но знаете, что я вам скажу: раз вещь эта вам так нравится, то позвольте мне поднести ее вам в подарок. Примите ее на память о вашем поразительно метком определении"
-- Благодарю вас, ваше превосходительство, благодарю вас!- сказал археолог. Он поднялся и крепко пожал руку профессора.- Но мое положение не позволяет мне принимать подарков, простите поэтому, если я должен его отклонить. Впрочем, я готов заплатить требуемую сумму, - мы должны сохранить эту редкую вещь для нашего отечества. Мы не имеем никакого права уступать ее англичанам.
Он подошел к письменному столу и написал чек. Но до его ухода тайный советник навязал ему несколько менее интересных вещей - из могилы Тулии, сестры полководца Авла. Профессор велел заложить экипаж для гостя и проводил его до самой коляски. Возвращаясь по двору, он увидел Вельфхена и Альрауне, стоявших возле инвалида, который показывал им свои иконы и четки. Старый Брамбах, закусив и выпив немного, снова повеселел и успел уже продать нитку четок кухарке: он убедил ее, что вещь освящена самим епископом и потому на тридцать пфеннигов дороже прочих. Все это развязало ему язык, он собрался с духом и заковылял навстречу профессору.
-- Господин профессор,- пробормотал он,- купите деткам изображение святого Иосифа!