-- Спиши эти, Петронелла, -- сказала она. -- От чтения мы можем избавиться. Бабушка ведь тоже этого не прочтет!
Так они отложили много книг, списав лишь заглавия, чтобы сказать бабушке. Но большинство книг было с рисунками. Рисунки Эндри понравились. И по рисункам с помощью Петронеллы она научилась отличать соколов от ястребов. История соколиной охоты Домбровского ее заинтересовала...
Пять дней до воскресенья запирала графиня обеих девушек я Рубенсовской зале, а затем отправила их в охотничий замок.
Там за их обучение взялся старый егерь, отец Петронеллы -- Гендрик ван дер Лер.
Он показал ей, как приручают соколов. От многих старых жестоких приемов уже отказались. Соколам теперь уже не сшивают веки, чтобы держать птиц во тьме, а надевают на голову колпачок. Можно приручить сокола, и не держа его предварительно целые дни в возбуждении, не изводя его голодом и не мешая ему спать ночи напролет.
Эндри очень гордилась, узнав, что сокола-самки сильнее и больше самцов и для охоты ценнее. Самцы не носили собственных имен. Почти всех их безразлично называли "терцелями". Самки имели имена. То и дело старый сокольничий среди соколов звал Фаусту и Фенгу, Флору и Фриду, среди ястребов-перепелятников -- Стеффи, Софию и Сабиллу, среди дербников -- Майю и Монику.
-- Самки лучше! -- с гордостью заявляла Эндри.
-- Только для соколиной травли, -- смеялся сокольничий, -- больше нигде. И уж наверное не у людей.
Эндри задумалась:
-- А бабушка?