Надо, чтобы это открытие стало известным всему миру или же оставалось неизвестным. Но каково будет огорченно всех людей, дорожащих наукою и искусством, если такая тайна останется для общества нераскрытой, затеряется и умрет вместе с изобретателями! При таких исключительных обстоятельствах — вмешательство правительства являлось обязательным, — оно должно было предоставить обществу обладание важным открытием и, кроме того, вознаградить изобретателей за их труды».
После Дюшателя слово получил Араго, — депутат палаты от восточных Пиринеев, который — сказал:
«Интерес, вызванный открытием, о котором г-н Дюшатель сообщил общественности, является для данного собрания, как и повсюду, большим, живым и единодушным. По всей вероятности палата ожидает от своей комиссии только простого согласия с законопроектом, предложенным министром внутренних дел. Однако, поручение, которое вы нам: дали, возлагает на нас и дополнительные обязанности.
Мы подвергли изобретение гения, о котором сегодня идет речь, подробному и строгому изучению. Мы считали необходимым это сделать, чтобы разочаровать тех тщеславных и посредственных людей, которые пожелали бы предложить настоящему собранию свою продукцию, являющуюся пошлой и абсолютно преходящей. Тщательность нашего изучения доказывает, что тому вознаграждению, которое вы выдаете во имя национальной славы, мы умели придать высокое значение, но что мы никогда не будем уменьшать блеск этой славы бессмысленным мотовством.
По этим мотивам, мы провели:
1. Является ли метод г-на Дагера бесспорным открытием?
2. Может ля это открытие оказать ценные услуги изучению старины и изящным искусствам?
3. Может ли оно стать общеполезным и, наконец,
4. Можно ли надеяться, что науки извлекут из него выгоду?».
Затем Араго дал описание более старых опытов с камерой, которые по своим результатам были менее значительны, чем даже первоначальные работы Ньепса и Дагера. Араго продолжал: