Подчеркнув те стороны и перспективы нового открытия, которые отмечал Араго, Гей-Люссак выдвинул ряд новых положений, характеризовавших значение этого изобретения.
«Перспектива пейзажа, — говорил Гей-Люссак, — передается в картинах Дагера с математической точностью, — ни одна мельчайшая, едва заметная деталь не ускользает от глаза и кисти этого нового художника, и так как для завершения его произведения требуется только три — четыре минуты, то, например, поле битвы с его следующими друг за другом фазами может быть изображено с совершенством, недостижимым никакими другими средствами».
Это замечание Гей-Люссака, — приведенный им пример фотографирования поля битвы — является, по существу, первым высказыванием о перспективах фотографии в той ее области, которая получила в дальнейшем — и особенно в наше время — самостоятельное широкое развитие и приобрела исключительное значение, — мы имеем в виду фоторепортаж.
Восторженно высказываясь об открытии Дагера и его перспективах, Гей-Люссак, однако, не мог не отметить одно свойство изображений, получаемых Дагером, которое, по меньшей мере, смущало Гей-Люссака и в перспективу преодоления которого он мало верил.
«Мы с самого начала хотим отметить, абсолютно не желая умалить значения этого прекрасного открытия, — говорил Гей-Люссак, — что палитра художника в данном случае не очень богата красками: на ней имеются только черный и белый тона. Передача таким способом естественных красок на долгое время, а может быть и навсегда останется тщетным требованием, предъявляемым человеческому разуму».
В своем докладе он еще раз вернулся к этой несомненно волновавшей его особенности дагеровских снимков.
«Не следует забывать, что цветные предметы изображаются (методам Дагера) не в их собственных красках, и так как различные лучи света действуют не одинаково на реактивное вещество, открытое господином Дагером, то гармония тени и света в изображениях цветных предметов неизбежно меняется. Это — предел, поставленный новому открытию самой природой».
Мы, современники и свидетели блестящих и все развивающихся успехов цветной фотографии, знаем, что прогнозы знаменитого ученого в данном случае оказались чрезмерно пессимистическими, но мы также хорошо знаем, что для решения этой задачи ученым и изобретателям потребовалось еще почти столетие, и что эта задача была решена только в результате огромных коллективных усилий в области развития и дальнейшего усовершенствования фотографий.
Очень хорошо сказал Гей-Люссак 30 июля 1839 г. о том, что дальнейшие успехи фотографии заложены именно в ее коллективном общественном использовании и усовершенствовании:
«Может быть, спросят, — и этот вопрос уже действительно был поставлен, — почему, если метод г-на Дагера так трудно было открыть, он его не попользует сам? Почему, при наличии столь мудрых законов, обеспечивающих как интересы изобретателя, так и общественное благо, правительство решило купить это изобретение, чтобы передать его обществу?