Фауст (сконфуженный). Здравствуйте!..
Режиссер (здороваясь). Ну как не стыдно!... Неужели вам все время нужна гувернантка?!
Фауст. Я хотел только узнать, нет ли рецензии о... (Откусывает кусок булки.)
Режиссер. Фауст и вдруг с газетой XX века в руках. Ну с чем это сообразно!..
Фауст. Да я только...
Режиссер. Стыдитесь, мой друг! Ведь если дирекция предоставляет вам после спектакля сцену, то ведь это для того, чтобы вы вживались в роль, переживали ее!
Фауст (пережевывая булку). Вы напрасно думаете, -- я переживаю, я всю ночь переживаю Фауста, все утро переживаю.
Режиссер. Это с "Петроградской-то газетой" в руках!.. Кусок булки пережевать с нею можно, а Фауста -- извините-с, это вам не булка!-- это XVI век, батенька! Ведь если вы не сольетесь с ролью Фауста, не вживетесь в нее, как в свою собственную, прирожденную роль, прямо говорю вам, -- не ждите успеха и уж не пеняйте, если вашу роль передадут другому! Мы здесь не для того, чтоб, извините, ломать комедию!.. Наше дело слишком серьезно! Это не балаган!
Фауст. Да что я сделал такого?
Режиссер. И вы еще спрашиваете? Вам, стало быть, не ясно, эачем мы ставим на ночь всю эту сложную декорацию кабинета Фауста, зачем мы заставляем ночевать вас в этой декорации, носить все время костюм Фауста, его грим, словом, даем вам возможность дышать всеми легкими в атмосфере средневековой схоластики?!.. Вам, стало быть, непонятно, что цель всей нашей постановки -- дать настоящего, понимаете ли вы, на-сто-я-ще-го Фауста, от головы до пят!