Танцовщица-босоножка. Я и не скрываю, что мне нравится роль, в которой я могу реально, а не эфемерно приносить пользу другим. Я всегда была по натуре подвижницей. Но это мелочно, дорогой мой, мелочно и грубо то, что вы порой заставляете меня проделывать.
Актер на роли любовников. Да, да, мой друг, ты забываешь порою, кто она для меня. Ты слишком входишь в роль... Обрадовался, что нет суфлера, и такие "отсебятины" порой отпускаешь, что вчуже неловко становится. Надо знать меру...
Комик. Ах, господа, и так тошно, а тут еще вы нападаете... (Любовнику.) Тебе хорошо говорить: живешь здесь словно барин, жена под рукой, (показывает на босоножку) ешь, пьешь, гуляешь и флиртуешь с дочкой. Работа не ахти какая. А вот мне каково -- жить на положении полушута, полунахлебника, нянчиться с этим выжившим из ума стариком, ухаживать за этой ведьмой классной дамой, (оборачивается на дверь No 4) умиротворяя ее анекдотами, в которых даже слово "подвязка" запрещается как неприличное, парле-франсе и черта в ступе.
Танцовщица-босоножка. Ну, положим, если б вы не знали, что эта скряга скопила себе капитальчик, вы бы не старались так.
Актер на роли любовников (комику). К тому же ты получаешь почти вдвое больше, чем мы.
Комик. Вдвое больше? Да тут нужны горы золота, чтоб компенсировать.
Танцовщица-босоножка. Вы всегда всем недовольны.
Комик. Я не подвижник. Вы понимаете? (Похлопывая себя по толстому животу.) Я не подвижник.
Актер на роли любовников (смеясь). Оно и видно.
Комик. ...и если этому сумасброду доктору Фреголи угодно благодетельствовать всяким кретинам за счет бедных (ударяет себя в грудь) честных актеров, 20 лет прослуживших святому искусству, то надобно платить не гроши, а...