Входит чиновник со студентом и садится за стол.
Актер на роли любовников. А нет, брат, раз ты по контракту требуешь, чтоб "Анюта" сапоги тебе чистила, так позволь и мне по контракту требовать, чтобы ты свежие, а не прошлогодние анекдоты рассказывал.
Комик (ядовито). Ты хочешь меня подвести?! Берегись, мой друг, как бы я тебя не подвел, идеалист несчастный1. (Отходит к дверям передней и, заглянув в нее, бежит чуть не вприпрыжку к граммофону с напускно-веселым криком.) Господин Шмит пришел. Играй же, музыка!., надо "поставить" встречный марш! (Ставит пластинку на граммофонное плато.)
Хозяйка. А!., наконец-то, а мы уж думали...
Ремингтонистка. Карл Иваныч? ну вот, теперь все в сборе.
Актер на роли любовников. Вот это я называю аккуратностью... Молодец, ей-богу, прямо к обеду...
Граммофон играет развеселый трескучий марш. Шмит -- он же д-р Фреголи -- входит, маршируя, из передней, т. е. из двери No 1, держа правую руку как бы к козырьку, а левую, в которой круглый сверток граммофонных пластинок, к сердцу; его внешность немного изменилась: волосы завиты красивыми кольцами, на щеках отпущены небольшие баки, на носу золотое пенсне, одет в куртку венгерского покроя. Он весело обходит всех присутствующих и здоровается, начиная с дам, даря каждого улыбкой и дружеским приветствием. Вслед за ним входит танцовщица-босоножка с пакетом, завернутым в газетную бумагу; она его распаковывает у буфета, обнаруживая конфеты и фрукты; торопливо раскладывает их в стеклянные вазы и уже готова смять газету, служившую оберткой пакета, как вдруг на последней странице что-то привлекает ее внимание, и она неожиданно для себя зачитывается.
Актер на роли любовников (здороваясьзадорно-весело на авансцене со Шмитом). Привет достопочтенному представителю Чикагской фабрики граммофонных пластинок! Да здравствуют Эдисон и Шмит, его ревностный популяризатор!
Ш м и т. Привет высокочтимому агенту всеславнейшего страхового общества "Двойной саламандры".
Шутливо-церемонное рукопожатие.