(Das Marmorbild, 1819)
Молодой дворянин Флорио подъехал к воротам города Лукка. Он наслаждался прекрасным видом, изящной дымкой, кружившейся над крышами и башнями, дамами и кавалерами, которые прогуливались по каштановым аллеям.
Неожиданно к нему присоединился еще один всадник, скакавший на прекрасном коне, красиво одетый, с золотой цепью на шее. На его кудрявых волосах цвета темной меди был изумрудный берет.
Незнакомец вежливо поклонился.
Они продолжили путь в сгущающихся сумерках, беседуя по дороге. Флорио понравились ладная фигура незнакомца и его веселый голос.
— У вас какие-то дела в Лукке? — спросил незнакомец.
Немного поколебавшись, Флорио ответил:
— У меня здесь нет никаких дел.
— Никаких дел? Ну тогда вы, скорее всего, поэт, — изрек незнакомец и засмеялся.
— О нет, — ответил молодой человек, и щеки его залил румянец. — Временами пробовал себя в радостном искусстве стихосложения. Но, когда читаю великих мастеров прошлого, которые умеют все так живописно передать, то собственный голос казался мне слабым щебетанием жаворонка, заглушаемым ветром под бесконечным небом.