Старинный дом как будто улыбался ей и звал ее к себе, и эта мысль навевала на нее удивительное спокойствие.
-- Как мирно все вокруг этого дома! -- воскликнула она. -- Можно подумать, что его обитатели наслаждаются полным счастьем. Боюсь, однако, что оно не составляет удела моего родственника.
-- Он вполне заслуживает его, -- сказал Вальтер. -- Здесь нет другого такого человека, как полковник Тильдеслей.
-- Это, конечно, так. Но он слишком запутался с якобитами, слишком вдался в их заговоры, и теперь у него нет ни спокойствия, ни безопасности. Каждую минуту он должен быть готов бежать из этого дома, каждую минуту его могут схватить и увезти отсюда. Хуже всего, -- прибавила она, вздрагивая, -- что он может умереть на эшафоте.
-- Во всяком случае он умрет за благое дело, -- произнес Вальтер, -- Но я уверен, что его ждет лучшая доля.
В воротах парка, которые были раскрыты настежь, стоял Горнби. Сияя от радости, старый дворецкий поздравил Беатрису с возвращением в родные места.
-- Рад вас видеть опять, дорогая леди, -- воскликнул он тоном, не допускавшим сомнения в его искренности. -- Все слуги тосковали по вас, а я больше всех. А полковник был сам не свой без вас.
Затем Горнби рассыпался было в сожалениях по поводу смерти ее отца, но, увидев, как огорчают ее эти напоминания, смолк и обратился потом к Вальтеру.
Полковник Тильдеслей ожидал Беатрису перед домом. Увидев ее, он поспешил навстречу и прижал ее к своему сердцу.
Хотя Беатриса уже заранее предвкушала эту встречу, рисуя ее себе приблизительно так, как она и произошла в действительности, однако свидание это слишком сильно подействовало на нее. Войдя в дом, она сейчас же направилась в комнату, которую привыкла считать своею.