-- В таком случае не стоит и говорить с вами. Я поговорю с самим королем.
-- Тебе совсем незачем вмешиваться в это дело. Королева решила, что узурпатор в любом случае должен поплатиться, и его величество не пожелает больше говорить об этом.
С первых же дней своего возвращения в Сен-Жермен Беатриса почти безотлучно была при королеве и маленьком принце, который успел искренне к ней привязаться. Она вставала очень рано и подолгу простаивала в церкви на молитве; эти благочестивые подвиги придавали ей изможденный и усталый вид.
Полковник Тильдеслей постоянно спорил с ней, но без всякого результата, и начинал даже тревожиться за ее здоровье. Придворные дамы не могли прийти в себя от изумления, как могла Беатриса перемениться до такой степени.
Однажды в замок приехала мадам де Ментенон в сопровождении Людовика. Королева поспешила поделиться с нею новостью и объявила, что Беатриса собирается в монастырь. Мадам де Ментенон выразила желание лично переговорить с молодой девушкой. Послали за Беатрисой, которая не замедлила явиться.
-- Бедная девушка! Она уже и теперь стала монахиней! -- сказала мадам де Ментенон, взглянув на Беатрису. -- Но, может быть, в монастыре она, действительно, будет счастливее. Впрочем, она, кажется, помолвлена с капитаном Кросби, который спас короля?
-- Да, бедный капитан в отчаянии, -- отвечала королева.
Приблизившись к мадам де Ментенон, Беатриса сделала глубокий реверанс версальской гостье.
-- Ее величество передали мне, -- начала мадам де Ментенон, -- что вы собираетесь в монастырь. Едва ли вы могли уже так устать от мира, и я думаю, что вы потом будете глубоко раскаиваться.
-- Я не устала от мира, -- возразила Беатриса, -- я только хочу бежать от его искушений.