-- Дело плохо, сэр Джон, очень плохо, -- забормотал он. -- Боюсь, что мы попадем в большую беду.
-- Я пришел предостеречь вас, а оказывается, что меня уж предупредили.
-- Я получил известие о том, что заговор открыт, часа два тому назад через посыльного от сэра Барклея, -- сказал Больдвин. -- Вам известно, что солдаты гвардии короля Иакова, которых сэр Барклей привез с собой, были помещены в этом доме. Он прислал им порядочную сумму денег и приказал как можно скорее ехать во Францию.
-- Они уже отправились?
-- Нет еще, сэр Джон. Джонсон и еще два-три лица, принимавшие участие в заговоре, тоже еще здесь, -- отвечал Больдвин.
-- Какая неосторожность!
-- Никто из них, по-видимому, не боится. У нас было столько ложных тревог, что они не верят теперь в опасность.
-- За это они жестоко поплатятся, Больдвин. Цель моего прихода сюда -- предостеречь всех членов нашего кружка и предупредить, чтобы они не появлялись здесь.
-- Я не знаю, удастся ли мне разыскать даже третью часть их, но во всяком случае я сделаю все, что могу. Позвольте, что это? -- неожиданно спросил он, выглянув из двери. -- К нам подходит отряд гренадер. Не выходите теперь, а то вас схватят. Бегите на задний двор. Там есть другой выход.
Увидев гренадер, сэр Джон бросился в переднюю того самого зала, где происходило собрание. Здесь столпились восемь гвардейцев, привезенных сэром Барклеем, отец Джонсон и капитаны Чарнок, Портер и Гилль.