-- Тогда он должен знать лучше, -- сказал принц, улыбаясь. -- Но как добраться до Лондона? Должны ли мы вторгнуться в Англию?
-- Я думаю, что вы правы, принц, -- отвечал Вальтер. -- Мы будем вынуждены принять этот план.
-- Но он может потерпеть неудачу, прежде чем мы вздумаем его осуществить.
-- Да, но в таком случае должны быть некоторые особые причины, которых я не сумею объяснить вашему высочеству, -- возразил Вальтер. -- Но надеюсь, что таких причин не будет.
-- Я на это не надеюсь, -- заметала королева значительно. -- Но пойдемте дальше. Вы не уходите, капитан Кросби. Мне нужно еще переговорить с вами.
-- И мне тоже, -- сказал принц, хватая его за руку.
Едва королева и ее свита успели сделать несколько шагов, как на боковой дорожке, ведущей к террасе, показались два человека.
Один из них был очень высокого роста. Хотя его нельзя было назвать красивым, так как части его тела как будто не подходили друг к другу, тем не менее он имел величавый и достойный вид. Черты его лица, красивые и резкие, носили отпечаток сильной меланхолии. В больших и красиво прорезанных глазах не было блеска, а длинный черный парик, кудри которого падали ему на плечи, резко оттенял его бледное лицо. Одет он был в черное бархатное платье с богатыми вышивками, с шеи свешивался длинный галстук из великолепных фландрских кружев. На голове была шляпа, украшенная белым пером. На боку висела шпага, а в руках он держал трость.
То был сверженный король Иаков II.
С ним был один из его министров, лорд Мельфорд, высокий худощавый человек средних лет, одетый в богатый костюм, сшитый по французской моде, и в большом напудренном парике. Веселое выражение его лица представляло странный контраст с мрачным настроением короля.