-- Он жив.
-- Он жив?
-- Драгоценный камень его кольца вовремя предупредил об угрожающей опасности. Он не дотронулся до смертоносного питья.
-- Какая неудача! -- вскричала Екатерина. -- Но хотя отрава не сработала, двадцать кинжалов окружают Лувр, он не может миновать их.
-- Кричтон оставил Лувр и теперь в безопасности, -- отвечала маска. -- Он обманул бдительность ваших шпионов.
-- Вы видите, что моя наука не обманула меня, -- сказал тогда Руджиери, который, несмотря на провал всех замыслов, не мог удержать радости при этом мнимом торжестве его астрологических познаний. -- Мои опасения были не напрасны.
-- Замолчи! -- закричала королева-мать. -- Мы приглашали вас сюда, сеньор, для того, чтобы поговорить с вами о делах более важных, чем побег этого шотландца, и просим извинить нас, что пришлось так долго разговаривать с вами об этом. Мы не привыкли к поражениям. Матерь Божья! Нас бы нисколько не удивило, если бы этот баловень счастья, считая себя неуязвимым и кичась своей удачей, осмелился явиться сюда, чтобы постараться спасти джелозо, как он хвалился в присутствии всего двора нашего сына. Дай Бог, чтобы он привел в исполнение свое намерение. Но нет, даже и его смелость имеет пределы.
-- Ваши желания могут быть удовлетворены, ваше величество. Я не сомневаюсь, что Кричтон сдержит свое слово.
-- В эту же ночь?
-- Да, в эту же ночь.