-- Хорошее начало. Имя нам нравится. Теперь скажи мне фамилию.
-- Чтобы черт меня побрал! Государь, я не знаю. Она не имеет фамилии.
-- Не шути!
--Именем вашего батюшки, великого Пантагрюеля (я никогда не божусь в шутку), клянусь вам, государь, я говорю серьезно. Прелестная Эклермонда не имеет фамилии. Ей не представится случая совещаться с герольдом относительно своего герба.
-- Как это, негодяй? Она же фрейлина нашей матери!
-- Извините, государь, но вы желали получить сведения. Я конкретно вам отвечаю. В ее рождении есть какая-то тайна. Эклермонда сирота, гугенотка.
-- Гугенотка! -- вскричал король с выражением отвращения и наскоро крестясь. -- Клянусь Святым Причастием! Ты, верно, ошибаешься.
-- Я должен был сказать -- дочь гугенота, -- пояснил Шико. -- Никто не осмелится отыскивать еретиков в свите Екатерины Медичи. Они бежали бы от нее, как черт от ладана. Иоанн Кальвин имеет мало последователей в Лувре.
-- Да простит мне Господь! -- вскричал государь, хватаясь поспешно за четки. -- Странно, -- прибавил он после минутного молчания, -- что я никогда ничего не слыхал об этой девице и о ее истории. Уж не хочешь ли ты позабавить нас глупой басней?
-- Разве королева Екатерина посвящает вас во все свои тайны, государь? -- спросил Шико. -- Я не думаю этого. Но выслушайте меня, и вы узнаете историю Эклермонды, рассказанную самым романическим слогом.