Ея понятіе о жизни и въ особенности о жизни знатныхъ людей вытекало изъ опредѣленныхъ простыхъ требованій долга и общественной дѣятельности. Развлеченія и распутство она презирала, къ увеселеніямъ относилась подозрительно.
Какъ настоящая сестра, она питала большую привязанность къ брату, но эта привязанность отличалась скорѣе глубиной, чѣмъ теплотой и въ значительной степени объяснялась тѣмъ, что онъ былъ главою ихъ древняго рода. Личная любовь къ нему у нея едва ли могла быть: всѣ наиболѣе характерныя его свойства не нравились ей, и она относилась къ нимъ съ молчаливымъ неодобреніемъ.
-- Сабина недолюбливаетъ меня,-- увѣрялъ онъ свою жену, которая ревновала его ко всѣмъ, кто относился къ нему съ любовью.-- Она видитъ во мнѣ только сына ея отца.
-- Но этотъ сынъ ты и есть,-- возразила Акція.
-- Ну, нѣтъ. Она считаетъ своей обязанностью относиться съ почтеніемъ къ Фавстулу только потому, что онъ глава всѣхъ Фавстуловъ, потомковъ этого неповоротливаго пастуха. Я вѣдь не таковъ, Акція?
-- Зато она такова. Ни за что я бы не согласилась стать римской матроной только дли того, чтобы быть похожей на какую-то статую.
-- Но ты нисколько и ни похожа на него. Вѣдь ты не ходишь вотъ такъ.
Акція громко засмѣялась и впала въ веселое настроеніе духа при видѣ того, какъ онъ изображалъ величавую походку своей сестры.
-- Какъ будто подъ ней не ноги, а пьедесталъ,-- пояснила она, хлопая своими пухлыми руками.
Сабина отлично знала, что золовка не очень-то долюбливаетъ ее, но это мало ее безпокоило: она такъ легко могла обходиться безъ всякой любви со стороны этой избалованной женщины.