— Нет, не отца.
— Нет, отца.
— Ну, хорошо, а отец ваш кто?
— Служащий треста, — сказала Клава, вся багровея.
— Садитесь, не стесняйтесь меня.
Учительница ласково чуть дотронулась до руки Клавы. Клава села.
— Ваш друг уехал?
— Какой друг? — У Клавы даже сердце забилось.
— Не скрывайте, я все знаю. — Из глаз учительницы совсем ушло строгое выражение, они искрились от смеха, доброго и задористого.
«Не скажу, хоть зарежь!» подумала Клава, вдруг свирепея.