— Нет, только утром.
— А утром запретил приходить?
— Да.
— За что же он так сердился?
Анна Квангель собралась с силами. — Я вам все скажу, господин комиссар. Этим я больше никому не причиню вреда. Как раз в ту ночь я спрятала у себя старую еврейку Розенталь, ту, что потом выбросилась из окна и насмерть разбилась. За это он так рассердился, что заодно выпроводил и Трудель.
— Почему же Розенталь пряталась у вас?
— Потому что ей было страшно одной в квартире. Она жила над нами. У нее взяли мужа. И ей было страшно. Господин комиссар, вы мне. обещали…
— Сейчас, Сейчас мы закончим. Значит, Трудель знала, что вы прятали у себя еврейку?
— Да ведь это не было запрещено?
— Конечно, было запрещено! Порядочный ариец не станет прятать у себя жидовское отродье, а порядочная девушка пойдет и донесет об этом в полицию. Что же сказала Трудель, когда узнала, что у вас еврейка в квартире?