Фуршт. 60, кв. 4.
Достоуважаемый Александръ Константиновичъ!
Я послалъ Вамъ, нѣсколько стишковъ моего родственника Б., и просилъ Васъ, если можно,-- что нибудь изъ нихъ напечатать. Посмотрѣли-ли Вы на эти "опыты" и какъ ихъ нашли? Мнѣ очень совѣстно утруждать Васъ моими докуками, но нельзя миновать этого... Пожалуста ни посердитесь на меня и что нибудь мнѣ отвѣтьте.
Тамъ, помнится, есть кое-что возможное для печати и не худшее того, что печатается. А впрочемъ, я ни буду ни въ малѣйшей претензіи, если Вы мнѣ возвратите эти опыты. Мнѣ только нужно отвѣчать на вопросы поэта.
Искренно Васъ уважающій
H. С. Лѣсковъ.
Шеллеръ постоянно велъ переговоры о рукописяхъ съ издателемъ "Живоп. Обозр.", С. Е. Добродѣевымъ, въ интересахъ сотрудниковъ и онъ же часто просматривалъ рукописи послѣднихъ, хотя бы эти рукописи не годились для "Живоп. Обозр." или предназначались бы въ другое изданіе.
Читать чужую рукопись или чужіе стихи, чтобы дать автору совѣтъ -- было обычнымъ дѣломъ для Шеллера. При этомъ, вспоминаются мнѣ прекомическія положенія, въ которыя попадалъ Шеллеръ.
-- Этотъ сотрудникъ, говорилъ онъ: такъ отрицательно относится къ Добродѣеву, что самъ не хочетъ имѣть съ нимъ дѣло и говоритъ, что какъ только я уйду изъ "Живоп. Обозр.", такъ онъ болѣе не дастъ туда ни одной строки. Для себя онъ считаетъ неудобнымъ работать у Добродѣева и объясняться съ нимъ; а меня заставлять торговаться съ Добродѣевымъ о полистномъ ему гонорарѣ -- онъ не стѣсняется...
Я самъ однажды передалъ Шеллеру просьбу объ авансѣ одной литературной дамы, стѣснявшейся прямо обратиться къ издателю. Отвѣтъ Шеллера рисуетъ его трудную роль въ подобныхъ случаяхъ и, несмотря на это, его всегдашнюю къ ней готовность.