-- Слушайте. Я лучше вам скажу... В самом деле, это нелепо... и мне почти совестно... но я хочу, чтоб вы знали... да, так вот: я решительно не знаю, зачем я была в Болье во вторник... Никто меня туда не звал, или, по крайней мере, я не помню, чтобы меня звали... Я не помню также, что я там делала. Я поехала во вторник утром и вернулась в пятницу вечером... очень усталая. Вот и все.
Вне себя от изумления, я натянул поводья своей лошади, которая сразу остановилась.
-- Как "вот и все"? Но позвольте!.. А ваш супруг? Вы, конечно, объяснили ему свое отсутствие в течение сорока восьми часов? Вы мне двадцать раз говорили, что он вам не позволяет даже съездить в Марсель без уважительной причины?
И действительно: нужны были бесконечные разговоры для того, чтобы отвоевать несчастные две ночи, которые мы провели вдвоем за шесть или семь недель.
Но она нервно ударила стеком обеих лошадей, которые поскакали вперед.
-- Ну, да! Это забавнее всего. Я объяснила мужу, прежде чем уехать... но я не помню ни одного слова из того, что я ему объясняла.
-- Но когда вы вернулись? Я полагаю, он вас расспрашивал о вашем путешествии?
-- Да, он мне сказал, слово в слово, -- каким-то чудом я это помню, -- "Довольна ли ты? Все устроилось, как ты хотела?" Я инстинктивно ответила: "Я очень довольна". И он не настаивал больше.
-- Но самое путешествие? Ваш приезд в Болье? Где вы были, когда сошли с поезда?
-- Где? В городе, разумеется...