Пламя факелов и свет трех свечей в канделябре теперь нераздельно сливаются в моих глазах...
А вокруг черная ночь...
Саван закрывает мне глаза. Саван -- там, а здесь смыкает их сон. Сон -- это та же смерть...
XXXIV
Еще раз начинается рассвет...
Я не вижу его, скорее -- как-то угадываю... Правда, в окне, забранном решеткою, темно по-прежнему. Но все же ночь уже на исходе. Сквозь толстые оконные стекла я чувствую тот холодок, который бывает перед наступлением утра...
Три свечи в канделябре выгорели почти до самых наконечников копий. Их фитили еле держатся в последних остатках воска. Пламя колеблется и тихо мерцает, то вспыхивая, то снова потухая...
Сон несколько восстановил мои силы, правда, очень немного. Может быть, мне удастся приподняться на этот раз с постели...
Я пытаюсь сосредоточиться и сообразить, сколько времени прошло с начала моего злосчастного приключения. Сегодня... сегодня только еще начинается день... Вчера я провел все время здесь... Да ведь это вчера я так состарился в течение одного дня, от утра и до вечера. -- А третьего дня... третьего дня вечером я пришел в дом к вечно живым людям... Всего-навсего, значит, прошло две ночи и один, один только день...
Я не расслышал, как отворилась дверь.