-- Дороже? Сколько же? Я спрашиваю цену. И имя покупателя! Богача, олуха, готового на все, самодовольного рогоносца... Черт возьми, да я его знаю, это Роше. В Сайгоне никого нет ни развратнее, ни богаче. И я хорошо помню: я видел, как он слюнявил вашу перчатку в тот вечер у губернатора...
Она не покраснела.
-- Вы видели? Тем лучше! Да, я выйду за него -- если я захочу, если я удостою захотеть, если жизнь заставит меня, бедную, как нищая, продать себя. Но по крайней мере, покупатель будет богат, как царь. А вы...
Пальцем она указала ему на дверь. Ее глаза метали молнии.
Он отступил в ужасе.
Он пятился назад.
Два кресла, задетые им, покачнулись. Он ударился о створку двери. Он смотрел на ковер, не смея более поднять на нее глаз. Но и не видя, он чувствовал ее, стоящую во весь рост, непреклонную и бледную, с протянутой рукой, -- страшную.
На перроне дождь все еще лил ручьями. Не замечая ничего, он спасался бегством.
XXIX
Часом раньше "Лавина" стала на якорь на реке возле "Баярда".