-- Я терпеть не могу насилия. Я вырывался, как только мог, надел вестон и пришел сюда. Она кричала от злости. Но это пройдет -- и я ей так и сказал.
Он добродушно смеялся.
-- У тебя ломкая мебель? -- спросил Торраль.
-- Только железная кровать.
Он взял другую папиросу. Голубые клубы дыма поднимались медленно к потолку.
-- Недурен ты был, -- снисходительно смеялся Торраль. Опиум еще пропитывал его вены, смягчая его обычную резкость.
-- Недурен, -- подтвердил Фьерс.
Он пошел взглянуть на черную доску, испещренную формулами. Торраль, повернувшись на своем сиденье, следил за ним взглядом.
-- Тебя не видно уже больше десяти дней, -- сказал он вдруг.
Фьерс покраснел.