-- Рудиш пришел! Здравствуй, рыжий! Иди сюда! -- закричали мы ему.
Но Рудиша к нам не пустили. Надзиратель подошел к нему и сказал:
-- Что же вы опаздываете, Рудиш? Директор беспокоится! Пойдемте скорей в канцелярию!
Он взял из рук Рудиша небольшой черный гробик, в котором лежала скрипка, и понес в канцелярию. Рудиш, как был, в пальто, пошел за ним.
-- Попечитель! Попечитель! Приехал попечитель! -- стали вдруг шепотом передавать гимназисты и забегали по коридору.
Доложили директору, и он приказал начинать.
VII.
Нас всех ввели в залу и поставили полукругом возле рояля. Зала была уже полна публики. Слышалось передвиганье стульев и неясный говор. В воздухе пахло духами. Вошел наш регент, раскланялся перед публикой и ударил два раза своей палочкой.
Все смолкло, и концерт начался.
Когда хор окончил петь, начали читать стихи, потом играли на рояле, и публика всем очень аплодировала. Наконец, появился Рудиш. Он вошел быстрыми шагами со скрипкой в руках, шаркнул перед публикой и остановился около рояля. Боже, какой он был смешной! Рыжая голова была острижена наголо, уши торчали, брючки, как всегда, были коротенькие и широкие, новый мундир висел на нем точно на вешалке! В большой зале он был как будто еще меньше ростом и, казалось, едва может поднять свою скрипку!