Она явно умышленно по-своему истолковала его слова, и этот последний ее крик заставил его содрогнуться.
"Что-то не так. Что-то не так", -- опять засверлила подозрительная мысль. Он сделал усилие, чтобы овладеть собой, и с лукавой мудростью, как бы соглашаясь с ее упорным намерением, успокоительно заговорил:
-- Хорошо, пусть так. Но ведь не сейчас же надо решиться на это. Пусть ты права. Судьба действительно жестока к людям и будет опять жестока к нам, но ведь то, о чем ты говоришь, не уйдет и тогда, когда мы убедимся в ее жестокости.
Он говорил, а в то же время слова как будто взвешивались сами собой на неведомых весах, и он видел, как они поднимались, как пустые пузыри.
Она встала, вытерла слезы и тихо, но твердо сказала:
-- Все равно, если ты не хочешь, я одна... Я уже решилась.
Он с мучительным надрывом воскликнул:
-- Да, что же, наконец, произошло, что у тебя так все изменилось
Она молчала.
Это молчание ревниво обожгло его мозг.