-- Ой, ой, тринадцать. Я ужасно как суеверна,
-- Чтобы избавить вас от рокового последствия, я... -- Дружинин несколько замялся и закончил, опуская ресницы, -- воздержусь от подношения.
Девушка вспыхнула от новой обиды.
Ольхин, чтобы посмеяться над его расчетливостью, воскликнул:
-- Э, знаем. Это ты вывернулся так из экономии.
Стрельников весело поддержал его:
-- Ничего. Мы проведем рок и поднесем Ларочке по две хризантемы.
Художники дружно приветствовали находчивость Стрельникова и гурьбой отправились разыскивать садовника.
Они нашли его у оранжереи около парников, где пахло тепло и терпко навозом и землей. Он наблюдал за двумя молодыми парнями, которые, стоя на коленях, перегнувшись через борт парника, ровными рядками, втыкали в черную потную землю ярко зеленые череночки буксуса, и, казалось, что эти взрослые люди, вместе с усатым краснолицым немцем-садовником, не серьезное дело делают, а играют, и самые эти изумрудные отводочки на черной земле напоминают армию игрушечных солдатиков.
Садовник важно выслушал их, молча кивнул головой и направился к хризантемам, а они следовали за ним, чувствуя невольное почтение к этому серьезному немцу. В своем громадном саду он являлся чудодеем, которому были подчинены и эти старые и молодые деревья, и цветы, и каждое брошенное в землю зерно. Он был также художником, но его полотном была эта вечная земля, и он творил на ней настоящее прекрасное дело.