-- Сарт! Сарт! -- донесся ее голос. -- Ко мне! Ну!
Сарт бросился за нею, и его белая тонкая голова вытянулась над водою рядом.
Она обернулась, чтобы взглянуть на мужа и, посылая привет ему, высоко подняла из воды голую руку, освещенную солнцем, а затем легко поплыла вдаль, боком разрезая прозрачную тихую воду, в которой видно было ее красивое изгибавшееся тело.
Сарт очень быстро отстал от нее. Подняв острую морду кверху, он издал несколько жалобных нот и, суетливо взбудораживая в пену воду своими тонкими жилистыми лапами, повернул к берегу.
Ирина то и дело изменяла манеру плавания, очевидно желая выказать перед мужем все свое искусство; поворачивалась на спину, чтобы видеть его; лежала на воде неподвижно, закинув за голову руки, а затем плыла дальше, и наконец ее чепчик потерял вдали свою розовую окраску и казался темным пятнышком.
Ветвицкий стал беспокоиться, тем более, что к ней приближалась рыбачья лодка. Он начал делать ей знаки рукой. Она также подняла руку, отвечая ему и поплыла обратно.
Когда умытая, свежая, улыбающаяся, еще с влажными волосами, выбившимися из-под чепчика, пахнущая морем, она подошла к нему, надеясь услышать от него похвалы себе, он сказал:
-- Ну, зачем заплывать так далеко! Не все ли равно, там вода или ближе.
-- Но разве ты не понимаешь, какое это наслаждение быть одной далеко от земли... качаться на этой сильной воде!
-- Право, я никогда не испытывал ничего подобного.